Сквозь туман цветаевского плена,
Пробираюсь, выплываю с болью.
Зазвала, как рыбака, сирена
И засыпала все раны солью.
Плыл ли город стонущей пирогой,
Через пропасть душного заката,
Был ли берег с желтою дорогой?
Или я уже жила когда-то?
Здесь и ветер не колышет травы
И волна не бьется о границы,
Я в плену цветаевского бала,
Я в плену цветаевской страницы…
Нет ни берега, ни дна, ни меры…
Не ходи туда хромой и хилый.
Переплавлю горе в слиток Веры
И запомню тропку к месту Силы!